Курс на импортозамещение
Курс на импортозамещение
24.10.14
Юрий Лисин, первый вице-президент ОАО «АК «Транснефть» :

Курс на импортозамещение

Версия для печати
Что это за программа компании АК «Транснефть» по локализации в России производства оборудования для транспортировки топлива, и как давно началась ее реализация?

Юрий Лисин: Эта программа появилась не сегодня, не вчера и даже не позавчера. Мы начали работать над этой темой почти десять лет назад, это 2003–2004 годы. Результаты таковы, что в настоящее время мы уже имеем довольно незначительную долю импортного производства. Сегодня мы активизировали работу в этом направлении, что связано как с известными событиями, так и с нашими давними планами по переходу на отечественное производство. Главная проблема для нас – магистральный насос. Еще совсем недавно этот насос производился в городе Сумы на Украине. Надо сказать, что большая часть насосного оборудования, которое сегодня задействовано в системе «Транснефти», украинского производства. Просто так повелось еще со времен Советского Союза – производство географически распределено: здесь насосы, в других местах – другое оборудование и так далее. Что касается насосов, сегодня мы дорабатываем с производителями все вопросы, связанные с ранее заключенными контрактами, и одновременно работаем над организацией производства на территории Российской Федерации.

Вернемся к программе по локализации производства. Какие шаги вы предпринимаете?

Юрий Лисин: Разработанная нами программа затрагивает все то оставшееся оборудование, которое мы покупаем за рубежом. Безусловно, это насосное оборудование. Еще одним важным мероприятием, которое мы считаем для себя приоритетным, является организация производства узлов учета. Так, буквально на днях началась отгрузка нашим предприятиям узлов учета, изготовленных на заводе, принадлежащем «Транснефти». Всего у нас четыре завода, на которых располагается производство: на одном заводе выпускаются узлы учета, на другом – системы для пожаротушения, приводы для запорной арматуры и так далее. Нашей программой предусматривается сокращение к 2020 году доли импортного оборудования, которое мы используем, с десяти до трех процентов. Другими словами, процента три, наверное, останется – это то, что мы не можем пока выпускать: IT-технологии, а также вопросы, связанные со связью.

Как стало известно Business FM, «Транснефть» намерена создать совместные предприятия с иностранными компаниями для производства оборудования в России. Эта информация верна?

Юрий Лисин: Мы сегодня с двумя зарубежными организациями подписали соглашение, которое носит рамочный, предварительный характер. Отработали более серьезное соглашение – о создании совместного предприятия. Рассмотрение одного совместного соглашения уже состоялось, и мы ожидаем, что недели через две с одной из этих двух компаний должно быть подписано соглашение уже юридического характера – о создании совместного предприятия и реализации проекта строительства на территории России завода, испытательного центра, сборочного цеха и, самое главное, центра инжиниринга, который будет заниматься проектированием насосов. При этом мы не ограничиваем себя только магистральными насосами для трубопроводного транспорта. Ведь большую потребность в насосном оборудовании испытывает не только «Транснефть», но и нефтедобывающие предприятия. Я думаю, что мы сможем организовать в России и производство насосов для нефтедобывающей промышленности.

Но, как нам стало известно, речь идет о европейских партнерах. Санкции Евросоюза не помешают созданию и работе СП?

Юрий Лисин: Все зависит от того, как это СП организовать. Можно ведь с пониманием отнестись к нашим будущим партнерам, дать им возможность правильно выстроить цепочку отношений. Можно учитывать те проблемы, которые они, возможно, сегодня испытывают у себя дома, при этом имея желание дальше развиваться и понимая, что российский рынок – это серьезное поле для реализации их возможностей по производству, поставке оборудования и так далее. Мы не стремимся занимать доминирующее положение в этом совместном предприятии, нам достаточно занять нишу по процентному вхождению в СП, которая дает нам право голоса. Чтобы нашим партнерам можно было бы сказать, что они не просто пришли на один процент, вложив много денег, а вполне паритетно выглядят в этом совместном предприятии.

Я правильно понимаю, что европейские партнеры будут мажоритарными акционерами в этом совместном предприятии?

Юрий Лисин: Нас будет трое – «Транснефть», зарубежная компания и предприятие, обладающее необходимыми машиностроительными и линейными производствами. В итоге может получиться, что у них будет пятьдесят один процент, у «Транснефти» – двадцать шесть, нам достаточно блокирующего пакета для принятия всех необходимых решений. При этом соглашением предусмотрено, что акционерные доли могут, в зависимости от ситуации, меняться – акционеры смогут продавать-покупать эти акции.

А если сравнить работу с российскими и зарубежными поставщиками, с кем комфортнее иметь дело?

Юрий Лисин: У нас есть программа по организации и созданию альтернативных производителей оборудования. Мы упорно ищем производителей по стране, даем преференции тем, кто еще не вошли в наш реестр, чтобы они могли выпустить опытные образцы. «Транснефть» готова платить им и вперед, и по факту получения оборудования – разные формы есть. То есть мы заключаем договор и говорим: если вы делаете образец, он нам подходит, удовлетворяет нашим требованиям, мы его покупаем. Есть такая форма договора. Зарубежные предприятия зачастую сначала соглашаются с нашими требованиями, а условие работы у них такое, что они стопроцентную предоплату просят, получают деньги, а потом делают так, как привыкли делать, как всегда делали до получения нашего заказа. То есть они просто делают, как могут, или так, как указано в чертежах, а что-то индивидуально разработать – это целая проблема и головная боль, лучше и не затевать. Отчего мы стали десять лет назад уходить от такой практики? Нам просто надоели эти «упражнения». Поэтому лучше работать дома, со своим производителем. Его, в случае чего, и пожурить можно, оштрафовать за нарушение технологии и несвоевременные поставки. Если нам нужно усовершенствовать оборудование, то мы уверены, что здесь найдем отклик, потому что это наши партнеры. А если понадобилось что-то усовершенствовать в оборудовании, которое мы должны получать за рубежом, или, к примеру, мы надумали оштрафовать их за срыв поставки, то, кроме как «извините, в этот раз не получилось, в следующий раз получится», мы ничего не получим. Некомфортно работать с импортными производителями.

Считается, что результат в виде «извините, в следующий раз получится» – это скорее российская практика…

Юрий Лисин: С нами такой номер не пройдет. Вот сегодня есть ряд российских предприятий, с которыми мы работаем, они пришли, попали к нам в реестр, получили первые заказы. Первоначально они думали, что с «Транснефтью» можно работать так, как они привыкли работать со всеми остальными. Ошиблись! Ошиблись потому, что невнимательно читали контракт, где прописаны жесткие санкции за срыв сроков, за каждый день просрочки. Они невнимательно читали общее положение и не поняли, что их может ждать в случае недобросовестного исполнения условий. В финале может получиться так, что за полученную продукцию не мы производителям будем должны, а они нам. Потому что есть механизмы, которые запущены и реализуются таким образом, что лучше нам дать качественное и в срок, чем срывать сроки и поставлять некачественное.

Источник: «BFM.ru»
Поделиться: